Ольга Исхакова – ветеринарный врач в четвертом поколении. За двадцать лет работы она прошла путь от общей практики и хирургии до визуальной диагностики и увидела, как новые технологии изменили профессию. О династии Исхаковых, выборе направления и важных навыках современного врача мы поговорили в этом интервью.
В семье Ольги Исхаковой лечили лошадей, организовывали ветеринарную службу, работали в военных подразделениях и лабораториях ветеринарно-санитарной экспертизы. Ее дедушка, Олег Зулиевич Исхаков, больше двадцати лет руководил ветеринарной службой СССР и был удостоен звания заслуженного ветеринарного врача РСФСР. В 1993 году он добился принятия закона «О ветеринарии», который стал основой ветеринарного законодательства России.
Сама Ольга начала работать в 2006 году. Занималась общей практикой, хирургией, руководила собственной клиникой, а сегодня специализируется на визуальной диагностике в Vetcity Clinic.
– Вы ветеринарный врач в четвертом поколении. Когда поняли, что хотите продолжить семейную династию?
– У меня не было какого-то одного момента, когда я решила стать ветеринарным врачом. Я с детства была погружена в мир ветеринарии. Поэтому мне предстояло скорее выбрать, каким именно направлением заниматься.
Ветеринария очень обширна. Мы сталкиваемся с ней каждый день, хотя не всегда это замечаем. Покупаем продукты в магазине или на рынке, выбираем корм для питомца, видим служебную собаку в метро или смотрим конные соревнования – за всем этим стоит работа ветеринарных врачей.
В моей семье каждый занимался своим направлением. Прадед – лошадьми, дедушка – ветеринарными службами, профилактикой и борьбой с зооантропонозами (инфекционными заболеваниями, возбудители которых передаются человеку преимущественно от животных – прим. ред.). Папа служил военным ветеринарным врачом. Мама работала заведующей лабораториями ветеринарно-санитарной экспертизы на московских рынках, в том числе Черемушкинском и Даниловском. Я с детства бывала у нее в лаборатории, видела, как проверяют продукты. Она рассказывала о нарушениях, которые находила, и о случаях, когда не допускала опасную для здоровья продукцию к продаже.
Летом я ездила из Москвы в деревню, где держали коров, свиней и овец. Там я наблюдала за ежедневной работой врачей в хозяйствах. Так постепенно узнавала разные стороны профессии.
Свое направление я выбрала на втором курсе ветеринарной академии им К.И. Скрябина, после стажировки я стала ассистентом, а потом и врачом в клинике «Мовет». Там я поняла, что хочу работать именно с питомцами, заниматься диагностикой и лечением заболеваний собак и кошек.
– Ваш дедушка, Олег Зулиевич Исхаков, сыграл важную роль в принятии закона «О ветеринарии» в России. Как его наследие повлияло на ваше отношение к профессии и что из его принципов остается актуальным сегодня?
– Я была маленькой, когда дедушки не стало, поэтому многое знаю по рассказам своей семьи и его коллег. Коллеги вспоминали, сколько усилий ему потребовалось, чтобы преодолеть административные препятствия и добиться принятия закона «О ветеринарии».
При этом все говорили о нем как об очень ответственном, порядочном человеке и профессионале своего дела. Он помогал огромному количеству людей.
Для меня эти качества важны и в работе, и в обычной жизни. В нашей семье всегда считалось, что нужно хорошо знать свое дело, не быть равнодушным и помогать, чем можешь.
– Вы начали работать в 2006 году. Что с тех пор больше всего изменилось в ветеринарной медицине?
– В клиниках, где я начинала, врачи были преимущественно общего профиля. Один специалист вел прием, делал УЗИ и оперировал, как Айболит в детской сказке. Поэтому нужны были знания во всех этих областях.
Сейчас в Москве и других крупных городах развиваются большие ветеринарные центры, где врачи работают по отдельным специализациям. Я сама постепенно пришла от общей практики к ультразвуковой диагностике. Когда постоянно занимаешься одним направлением, накапливается насмотренность, появляется больше опыта разбора сложных случаев.
Изменилось и обучение. Сегодня есть конференции, мастер-классы, вебинары, возможность обсуждать пациентов с коллегами онлайн, делиться опытом. Чтобы получить новые знания, уже не нужно искать время и куда-то ехать. Для врачей из регионов это особенно ценно.
– А как изменились возможности диагностики?
– Когда я начинала работать, мы больше опирались на клинический осмотр: осматривали и пальпировали питомцев, аускультировали сердце и легкие. Например, по характеру хрипов в легких могли предположить, что происходит с пациентом и какие исследования ему нужны. Иногда в клинике из аппаратуры был только рентген, на узи и дополнительные исследования направляли в сторонние организации, что занимало много времени ожидания нужных результатов.
Сейчас оборудование и диагностика стала доступнее. Больше узкопрофильных специалистов, у клиник больше возможностей проводить УЗИ, рентгенографию, направлять питомцев на компьютерную и магнитно-резонансную томографию. Когда я только начинала, вариантов сделать пациенту например КТ или пройти обучение по УЗИ в Москве было гораздо меньше.
Но навыки клинического осмотра по-прежнему необходимы. Иногда я замечаю, что питомца сразу направляют на УЗИ или рентген, не уделив достаточно внимания осмотру и сбору анамнеза. Но этот этап необходим для развития врачебной логики и большего понимания ситуации с пациентом.
Условия работы бывают разными. Может просто отключиться электричество, и ты останешься без аппаратуры, а пациенту нужна помощь. Поэтому врач должен уметь оценить его состояние и сориентироваться, что делать здесь и сейчас.
– Какие достижения современной ветеринарной медицины чаще всего удивляют владельцев питомцев?
– На УЗИ владельцы иногда спрашивают: «Неужели питомцам тоже такое делают?», особенно когда видят современный УЗ-аппарат. Многие не представляют, насколько подробно сегодня можно обследовать их любимца.
Еще одна возможность, которую сейчас ценят, – дистанционные консультации. Если поблизости нет специалиста нужного профиля, можно обсудить результаты исследований, получить второе мнение. Для человека, у которого заболел любимый питомец, важно знать, что ему есть к кому обратиться.
– Какие мифы о здоровье питомцев вам приходится развенчивать чаще всего?
– До сих пор встречается убеждение, что при микроспории, инфекционном перитоните кошек или хронических заболеваниях почек питомцу невозможно помочь и обязательно нужно подвергнуть эвтаназии. Это не так.
Само название диагноза еще не означает, что помочь невозможно. Появились методы лечения инфекционного перитонита кошек. Многие хронические заболевания можно контролировать, поддерживая качество жизни пациента.
Стало больше возможностей и для помощи питомцам с хронической болью. Мы можем облегчать их состояние, чтобы они продолжали жить с комфортом.
– Сегодня все больше говорят о профилактике. Что действительно помогает сохранить здоровье питомца на долгие годы, а что многие владельцы недооценивают?
– Я бы прежде всего выделила подходящее питание и регулярные профилактические осмотры.
Некоторые владельцы считают диспансеризацию ненужной, если питомец выглядит здоровым. Рассуждают так: жалоб нет, ничего необычного не замечаем, зачем лишний стресс и дополнительные расходы?
Но некоторые заболевания долго не проявляются заметными симптомами. Во время обследования мы можем обнаружить изменения на ранних стадиях и начать наблюдение, лечение, необходимую поддержку.
При этом врач должен объяснять, зачем рекомендует конкретное исследование и как его результаты повлияют на дальнейшие действия. Обследования не должны превращаться в набор лишних процедур.
– Какие симптомы нельзя игнорировать и надеяться, что «само пройдет»?
– В первую очередь нужно знать симптомы экстренных состояний. Например, если кошке трудно дышать или она в состоянии покоя дышит с открытым ртом, необходимо немедленно ехать в клинику. Нельзя откладывать обращение к ветеринарному врачу при судорогах, потере сознания, резкой слабости, многократной рвоте, диарее с кровью или сильном кровотечении.
Если питомец не может помочиться, особенно кот или кобель, это тоже повод для экстренного обращения. Как и резкое увеличение живота или проглатывание неизвестного предмета. Здесь промедление может стоить жизни.
Другие изменения тоже не стоит оставлять без внимания. Питомец стал меньше есть или совсем отказывается от еды, его длительное время неоднократно рвет, изменился стул, он больше пьет или чаще мочится – все это требует обращения к врачу. То же касается и появления выделений из глаз и носа, половых органов у нестерилизованных самок, появлении необычного запаха от питомца или небольшого образования на коже.
Важно замечать и перемены в поведении: например, питомец стал вялым или непривычно возбужденным, стал вокализировать по ночам. Если раньше такого не было, лучше выяснить причину.
– Какие ошибки владельцы совершают, даже искренне заботясь о своих питомцах?
– Один из примеров – перекармливание. Хочется порадовать питомца, дать больше вкусного, угостить лишний раз. Но в результате питомец получает слишком много еды, набирает лишний вес, у него появляются аллергические реакции со стороны кожи, желудочно кишечного тракта.
Вообще, отношение к здоровью питомцев бывает очень разным. Одни владельцы переживают из-за любого изменения, другие долго не обращаются даже с очевидной проблемой, например диареей в течение нескольких месяцев. В моей практике были кошки и собаки, которых приносили уже с большой распадающейся опухолью, не заметить это невозможно.
– Как понять, что пора обратиться к ветеринарному врачу, а не искать ответы в интернете или следовать советам знакомых?
– Читать о незнакомой проблеме в интернете нормально, мы все так делаем. Вопрос в том, как потом использовать эту информацию. Ознакомиться с темой можно, а выбирать по чужим советам лечение для своего питомца – опасно. При тревожных симптомах поиски в интернете не должны откладывать обращение к врачу.
В сети часто рассказывают, как лечили конкретную собаку или кошку. Даже если у вашего питомца похожие проявления, причина может быть другой, и то же лечение ему не подойдет.
Возьмем рвоту: рвота это симптом и ее могут вызывать самые разные заболевания. Чтобы помочь, нужно выяснить, почему она возникла именно у этого пациента. Врач должен расспросить владельца, осмотреть питомца и решить, какие исследования и план лечения нужны.
– Что в вашей профессии остается самым сложным, несмотря на развитие ветеринарной медицины?
– Для меня это эмоциональная нагрузка и необходимость разграничивать работу и собственную жизнь и интересы. Даже после смены остаются рабочие чаты, обсуждения пациентов. Переключиться бывает трудно.
Одно время у меня была собственная небольшая клиника, где я совмещала врачебную и административную деятельность. Хотелось успевать и там, и там, а в результате в современном динамично развивающемся мире совмещать все невозможно.
Этот опыт показал мне, насколько важно распределять обязанности. Нельзя бесконечно брать все на себя. Нужно оставлять время для собственной жизни, чтобы не довести себя до выгорания.
